Кузбасс и Челябинскую область превращают в лунный ландшафт
В Новокузнецке прошел митинг против строительства новых угольных разрезов, 24 сентября передает ИА Красная Весна. Жители Кузбасса вышли на митинг, протестуя против использования открытого способа добычи угля в месторождениях. Организаторы пояснили, что разработка месторождений разрезами — самый вредоносный способ разработки угля, после которого остаются «лунные ландшафты».
По данным МВД, в митинге «приняли участие около 200 человек, нарушений общественного порядка не зафиксировано». По оценке организатора митинга, его посетили около 600 человек, жители Новокузнецка, Кемерово, Осинники, Прокопьевска, Мыски, и близлежащих деревень и поселков.
Вторым требованием участников акции было создание фонда для рекультивации земель, в который шли бы отчисления от угольных предприятий.
Уточним, что Кемеровская область — одна из ключевых регионов России по добыче угля. За 2016 год 145 млн тонн угля добыто на разрезах, что составляет чуть более 60% всего производства угля в регионе. В углепроме задействовано более 90 тысяч жителей региона.
P.S. Кузбасс протестует против карьерной добычи, исходя из сбережений природы, как таковой. В Челябинской области к этому добавляется вредность производства ГОКов по добычи меди непосредственно для миллионного Челябинска, плюс высокие риски заражения питьевых водоресурсов города. Возмутительнее всего то, что добыча меди не предмет острой необходимости в меди для страны, а источник прибыли РМК (Русской медной компании) за счёт экспорта меди за рубеж. Лунный ландшафт природной красоты Южного Урала компанию совсем не волнует.
Вторым требованием участников акции было создание фонда для рекультивации земель, в который шли бы отчисления от угольных предприятий.
Уточним, что Кемеровская область — одна из ключевых регионов России по добыче угля. За 2016 год 145 млн тонн угля добыто на разрезах, что составляет чуть более 60% всего производства угля в регионе. В углепроме задействовано более 90 тысяч жителей региона.
P.S. Кузбасс протестует против карьерной добычи, исходя из сбережений природы, как таковой. В Челябинской области к этому добавляется вредность производства ГОКов по добычи меди непосредственно для миллионного Челябинска, плюс высокие риски заражения питьевых водоресурсов города. Возмутительнее всего то, что добыча меди не предмет острой необходимости в меди для страны, а источник прибыли РМК (Русской медной компании) за счёт экспорта меди за рубеж. Лунный ландшафт природной красоты Южного Урала компанию совсем не волнует.