Личность между молотом и наковальней. Главное социальное противоречие эпохи

Западная критика государства во имя прав отдельной личности противоречит тому, что именно оно гарантирует ей эти права, заявил политолог Дмитрий Куликов 27 октября в эфире радиостанции «Вести.fm».

По мнению Куликова, социальная гармония определяется балансом между личностью, обществом и государством. К тому, что этот баланс в наши дни оказался нарушен, в немалой степени приложили руку западные теоретики гражданского общества, считает политолог.

Куликов отметил, что европейская и американская гуманитарные мысли издавна подрывали авторитет государства во имя отдельных личностей, в то время как только оно и способно наделить их правами человека и гражданина. Таким образом, считает эксперт, западная цивилизация наталкивается на противоречие: индивидуальная свобода провозглашается как высшая ценность, а обеспечить ее становится некому.

По Куликову, отдалившаяся от государства личность оказывается вытолкнута в сферу дурной социальности, где остается один на один с произволом общественного мнения. «Общественное» политолог понимает как сферу, где не действуют никакие правовые нормы и регуляторы, кроме принципа «нравится — не нравится», а властвуют лишь веяния моды и корпоративные интересы враждующих социальных групп.

Отметим, что антагонизм между государством и гражданским обществом пронизывает всю историю Запада со времен раннего Просвещения. Эту социальную драму, пожалуй, рельефнее всех охарактеризовал Карл Маркс в своей статье «К еврейскому вопросу» (1843), а также в «Тезисах о Фейербахе» (1845).

По мнению великого философа, в любой буржуазной республике человек вынужден «вести двойную жизнь — земную и небесную». Как подданный государства, он «признает себя общественным существом», а в своей гражданской ипостаси «действует как частное лицо». В государстве все оказываются лишены действительной индивидуальности и «преисполнены недействительной всеобщности»; в «обществе» же все обстоит зеркально.

По Марксу, это противоречие призвана снять «человеческая эмансипация», которая и составляет главное содержание грядущей социальной революции. По ту сторону этой революции и государство и гражданское общество растворятся в «человеческом обществе» или «обобществившемся человечестве».

Отметим также, что некоторые западные мыслители числят общественное мнение репрессивной инстанцией. Еще основатель социологии Эмиль Дюркгейм предлагал опознавать все социальные факты их «принудительной силе».

Так, видный неомарксист Эрих Фромм в своей книге «Бегство от свободы» (1941) развивал теорию анонимного авторитета, который не олицетворен конкретными персоналиями или институтами. По мнению философа, незримая «власть здравого смысла и общественного мнения» в первой половине XX века подменила собой прямой диктат государства.

Фромм полагает, что это в еще большей степени стеснило права личности, вместо того чтобы ее раскрепостить. Другими словами, раньше простой человек хотя бы знал, откуда ему поступают директивы и подчинялся этим директивам лишь формально, без их «овнутрения». Теперь же он бессознательно отдается во власть пушкинской «лживой молвы», пребывая в уверенности, будто обретает свободу.

P.S. Куликов не договаривает, что государство поэтому и нивелируется, чтобы через СМИ и интернет формировать общественное мнение выгодное глобальным структурам с целью атомизации общества. Гораздо проще расправится или влиять на одного конкретного человека или на мелкие группы людей в своих интересах и совсем другое расклад, когда есть государство, сплочённое идеологией. В этом случае у глобиков просто нет шансов его под себя подмять.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded